Кто был прототипом Робинзона Крузо и каким ветром его занесло в Сибирь

Стиль


Лучше всех образ английского моряка воплотил актер Леонид Куравлев (кадр из фильма «Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо», который снял Станислав Говорухин в 1972 году).

История морских приключений полна не только географическими открытиями, но трагедиями, когда корабли тонули, а экипаж отпевали заочно, ибо их могилой становилось море. Но тем удивительнее оказывалось возвращение «с того света» тех, кто после кораблекрушения чудом смог добраться до необитаемого клочка суши и выжил трудолюбием и надеждой. Вне зависимости от национальности, эпохи и биографии их всех называют одним именем — робинзоны. И среди наших соотечественников оказалось немало тех, кто попал в гораздо более суровые условия, чем литературные персонажи. Однако они практически неизвестны широкой публике. В новом сериале «Русские робинзоны» мы расскажем об этих героях. Но прежде обратимся к неизвестным моментам классической истории Робинзона Крузо — тем более что ему пришлось выживать не только на острове, но и в заснеженной Сибири…

А моряк-то не настоящий!

С самого начала выхода романа в свет в 1719 году публика была уверена, что и сам Крузо, и его приключения абсолютно реальны. Отчаянно нуждавшийся в деньгах Даниэль Дефо осознанно пошел на эту мистификацию. Не только скрыл свое авторство, но и всячески подчеркнул автобиографичность книги. Ее полное название: «Жизнь, необыкновенные и удивительные приключения Робинзона Крузо, моряка из Йорка, прожившего 28 лет в полном одиночестве на необитаемом острове у берегов Америки близ устья реки Ориноко, куда он был выброшен кораблекрушением, во время которого весь экипаж корабля, кроме него, погиб, с изложением его неожиданного освобождения пиратами. Написанные им самим». Вот именно, «… им самим», а не каким-то там писателем. Но зачем такие сложности, тем более что имя Дефо — к тому моменту уже хорошо известный бренд. Бренд-то бренд, но только продажи художественной литературы оставляли желать лучшего. В моде была, по-современному выражаясь, нон-фикшен. Одно дело, когда ты понимаешь, что читаешь выдумки, и совсем другое — описание реальных приключений. Недаром рассказчики «правдивых историй» о заморских диковинках всегда были пьяны, сыты и трубка их никогда не потухала.

Шалость удалась. Приключения моряка из Йорка разошлись такими тиражами, что Дефо быстренько сварганил пару сиквелов: в том же 1719-м появились «Дальнейшие приключения Робинзона Крузо…», а еще год спустя — «Серьезные размышления Робинзона Крузо». Такой же популярности, как первая книга, не достигли, но звонкую монету принесли (кстати, считается, что если бы Даниэль Дефо жил в наше время, то его доходы были бы сопоставимы с доходами «матери» Гарри Поттера Джоан Роулинг, а она, напомним, первая заработала литературой миллиард долларов!).

До самой смерти писатель отрицал, что эти книги принадлежат его перу. Их написал Робинзон! И точка! А Дефо… лишь дал пару советов…

Остров Мас-а-Тьерра, на котором отшельник провел больше четырех лет. Ныне получил имя Робинзона Крузо. А соседний теперь называется островом Александра Селькирка. Фото: NASA Earth/GLOBAL LOOK PRESS

Остров Мас-а-Тьерра, на котором отшельник провел больше четырех лет. Ныне получил имя Робинзона Крузо. А соседний теперь называется островом Александра Селькирка. Фото: NASA Earth/GLOBAL LOOK PRESS

Тяжелый характер

На самом деле никакого Робинзона в реальности не существовало. Хотя без прототипов не обошлось. И вот уже триста лет не утихает спор: с кого же был списан литературный герой?

Самая популярная версия — с шотландского моряка по имени Александр Селькирк, который прожил на необитаемом острове четыре года и четыре месяца: с 1704 по 1709-й.

Нет, он не терпел кораблекрушения, во всем виноват был его непростой характер.

Селькирк действительно был не подарок: буян, пьяница, авантюрист, контрабандист, конечно же, пират. Каждый раз, натворив делов в родной деревне, он сбегал в море. Довольно быстро он дослужился до навигатора. Быть бы ему капитаном, но токсичная натура, черт ее побери…

В 1703 году он поступил на службу к известному мореходу Уильяму Дампиру. Маленькая флотилия из пары кораблей (Селькирк стал боцманом на вспомогательной галере «Сенк Пор») пошла «на заработки» в Латинскую Америку. По пути грабили торговые суда Испании (с ней Англия враждовала, так что официальное разрешение имелось) и разоряли испанские же прибрежные городки.

Во время экспедиции отношения боцмана и капитана галеры по фамилии Стрейдлинг натянулись так, что на них можно было играть, как на гитарных струнах. Последняя капля — требование Селькирка встать на длительный ремонт в первой же удобной бухте, поскольку судно дышало на ладан. Бухта нашлась на острове Мас-а-Тьера (ныне — остров Робинзона Крузо) архипелага Хуан-Фернандес в 674 километрах к западу от Чили. Но капитан отказал. Тогда Александр заявил: либо ремонт, либо я схожу на берег!

Капитан и отправил мятежного боцмана восвояси, выдав немного одежды, ружье, полкило пороху, мешочек пуль, огниво, топор, котел, еды на один день и Библию. Ни капитан не осознавал, что делает черное дело, ни Селькирк — что совершает глупость.

В итоге оба пожалели: боцман, задержавшись на необитаемом клочке суши на целых четыре года, а капитан — что не послушал его. Корыто «Сенк Пор» в итоге потонуло, а выплывшие моряки попали в плен к испанцам…

Приказано выжить

Ссориться на острове было не с кем, потому Селькирк направил все свое упрямство на выживание. Стараясь максимально облегчить свое существование, он построил себе не одну, а целых две хижины: в одной жил и работал (шил, плотничал, изучал Библию), в другой стряпал. От диких коз добывал молоко, шкуры, мясо. Охотился на черепах, ловил рыбу. Рацион разбавлял дикими ягодами, фруктами, кореньями. «Если что меня и спасло, так это работа», — вспоминал он позднее.

Каждодневный труд укрепил его настолько, что он легко выдерживал длительные переходы по острову, догонял и ловил голыми руками диких коз, когда кончился порох, ночевал под открытым небом. Хотя реальный остров по климату был не настолько ласков, как книжный: температура в самые жаркие летние дни не поднималась выше 19 градусов, а зимой — выше 13.

В конце концов в феврале 1709 года выживальщика сняла с острова английская экспедиция Вудса Роджерса. Но домой Александр вернулся только через три года. Вудс занимался тем же самым промыслом, что и предыдущий начальник Селькирка. А потому нанял опытного и бесстрашного островитянина помощником капитана. В итоге моряк не только спасся с острова, но и неплохо заработал. Домой он вернулся, имея в сундучке 800 фунтов — весьма приличная по тем временам сумма (около ста тысяч долларов по современным ценам). Но при первой же возможности снова ушел в море, уже в качестве капитана. В море же он и обрел вечный покой — 1720 году Александр Селькирк скончался от тропической лихорадки у берегов Западной Африки…

Монумент Селькирку в Шотландии. Фото: Wikimedia Commons

Монумент Селькирку в Шотландии. Фото: Wikimedia Commons

В Гулливеры по Бладу

Итак, вроде бы нет сомнений, что Дефо вдохновлялся историей Селькирка. Есть легенда, что Дефо лично встречался с прототипом и даже, сильно подпоив, утянул у него дневниковые записи. Они якобы и легли в основу бессмертного произведения (классическая фейковая история, которая витает вокруг любой гениальной книги, вспомните хотя бы «Тихий Дон»). Нет, по характеру Дефо был еще тот авантюрист. Но поверить в то, что Селькирк вел дневник на острове… Тут, собственно, и начинаются расхождения Робинзона и Александра. Когда моряки высадились на остров, то встретили одичалого, заросшего, с трудом разговаривающего персонажа. Крузо оставался джентльменом и в камзоле, и в шкурах. Селькирк же был диковат и на острове, и на Большой земле. Это представители совершенно разных слоев общества. Откуда же Дефо мог взять информацию для создания более интересного образа? Да из того же нон-фикшена.

И наиболее яркий претендент здесь — английский врач и путешественник, автор бестселлера «Повесть о великих страданиях и удивительных приключениях хирурга Генри Питмена» (естественно, написанная им самим). Не персонаж, а литературный клад: бежал с каторги на Барбадосе, с друзьями угнал корабль, потерпел кораблекрушение у устья реки Ориноко (именно там расположил остров Робинзона и Дефо!). Три месяца выживал на безжизненном клочке суши Соляная Тортуга. Питмен стал прототипом еще двух литературных героев — капитана Блада и Самюэля Гулливера. Набожность, воплощенная в Робинзоне, встречается у конкистадора Фернао Лопеса. Он запятнал себя предательством и добровольно удалился на необитаемый остров Святой Елены в Атлантике. Там прожил 20 лет в труде и молитвах и даже встретил своего Пятницу — туземца с острова Ява, который служил ему верой и правдой. На попутном корабле однажды выбрался в Европу, где был принят Папой Римским. Несмотря на щедрое предложение поселиться в любом из монастырей на выбор, Лопес в итоге вернулся «домой»…

Наконец, прототипом Робинзона мог стать и… Уильям Дампир — да-да, тот самый капитан, во флотилии которого плавал Селькирк, пока не попал на остров. Дампир был не только пиратом, но и ученым, стиравшим белые пятна на картах. А главное — плодовитым писателем, совершившим три кругосветки.

Во время экспедиции по изучению Австралии судно настолько сильно потрепало, что команде во главе с Дампиром пришлось его несколько месяцев ремонтировать на необитаемом острове Вознесения. Да, капитан был не один, но испытаний на острове хватило на всех.

По поведению, манерам, образованности Робинзон Крузо близок именно к Уильяму Дампиру. К тому же у капитана был самый настоящий Пятница, очень похожий на описанного в романе, и хозяин тоже забрал его с собой в Лондон. Только звали его Джоли, и по национальности он был индонезийцем.

А как быть с версией, что в образе Крузо Дефо описал самого себя? Ну от писателя Робинзон точно взял образованность, романтизм и авантюризм. Насчет же остального — Дефо практически всю жизнь провел в Англии, и самое дальнее его путешествие ограничилось Испанией.

Возвращение в Эдем

Еще один претендент, чьи черты мы можем найти в Робинзоне, — английский моряк Роберт Нокс. 20 лет он томился в плену у туземцев на Цейлоне, бежал, вернулся на королевский флот, стал капитаном. Но на необитаем острове не жил. Тогда почему он? А потому что его воспоминания

послужили основой для сиквела — «Дальнейшие приключения Робинзона Крузо, составляющие вторую и последнюю часть его жизни, и захватывающее изложение его путешествий по трем частям света, написанные им самим». Очень уж многие маршруты Нокса пересекаются

с маршрутами во втором — и снова анонимном — романе Дефо. Почти все, за исключением последней части — «Робинзон в Сибири». Да-да, любителя приключений занесло и в наши края, причем он признавался, что на острове выживать было гораздо легче…

Итак, во второй книге Робинзон возвращается в море в поисках богатства и приключений, и эти поиски растягиваются почти на 10 лет! Сначала он навещает свой райский остров, который уже далеко не так необитаем, и в стычке с местными теряет друга Пятницу. Далее его путь лежит через Южную Африку и Индию в Китай. Повсюду Робинзон скупает драгоценности, слоновую кость и пряности. И наконец пересекает границу Московии.

А это памятник мореплавателю и его верному другу Пятнице в Тобольске, который так подробно описал Даниэль Дефо.

А это памятник мореплавателю и его верному другу Пятнице в Тобольске, который так подробно описал Даниэль Дефо.

Фото: Shutterstock

Там живут несчастные люди-дикари

В ее характеристиках Крузо порой больше напоминает своего прототипа Селькирка — предвзят и грубоват. Как, например, в этом отрывке: «Я не мог не почувствовать огромного удовольствия по случаю прибытия в христианскую страну. Ибо хотя московиты, по моему мнению, едва ли заслуживают названия христиан, однако считают себя таковыми и по-своему очень набожны». Или вот здесь: «…проходя через эти города и селения, мы убедились, что только эти гарнизоны и начальники их были русские, а остальное население — язычники, приносившие жертву идолам… из всех виденных мною дикарей и язычников эти наиболее заслуживали названия варваров, с тем только исключением, что они не ели человеческого мяса, как дикари в Америке». А в этом пассаже Дефо крепко приложил не только Россию, но и Китай: «Китайцы показались мне презренной толпой или скопищем невежественных грязных рабов. Если бы московская империя не была почти столь же варварской, бессильной и плохо управляемой толпой рабов, то царь московский без большого труда выгнал бы китайцев с их земли и завоевал бы их в одну кампанию. И если бы царь направил свои армии в эту сторону вместо того, чтобы атаковать воинственных шведов, то он сделался бы уже за это время императором китайским и не был бы бит под Нарвой королем шведским». Последнее особо странно читать, ведь книга вышла в 1719 году — через десять лет после Полтавского триумфа Петра I, наголову разбившего тех самых шведов!

Хотя кое-какие описания злободневны и сейчас: «Я думал, что, приближаясь к Европе, мы будем проезжать через более культурные и гуще населенные области, но я ошибся».

Брат из Сибири

Особенно точен автор в описании погоды: «В течение трех месяцев тусклые дни продолжались всего пять или шесть часов, но погода стояла ясная, и снег, устилавший всю землю, был так бел, что ночи никогда не были очень темными. В комнатах было тепло, так как двери в тамошних домах закрываются плотно. Морозы стояли такие, что нельзя было показаться на улице, не закутавшись в шубу и не покрыв лицо меховой маской с тремя отверстиями: для глаз и для дыхания».

«Путешествуя по московским владениям, мы чувствовали себя очень обязанными московскому царю, построившему везде, где только было возможно, города и селения и поставившему гарнизоны вроде солдат-стационеров, которых римляне поселяли на окраинах империи». В качестве таких городов упоминаются Иркутск, Братск, Нерчинск, Тюмень… Особое внимание уделяется Тобольску — «столице Сибири». Здесь путешественнику приходится зимовать восемь месяцев, которые он коротает в весьма приятном обществе «знати, князей, дворян, военных и придворных», ведь «…сюда ссылают преступников из Московии, которым дарована жизнь, ибо бежать отсюда невозможно».

Наибольший интерес среди них вызывает бывший «государевой печати и великих посольских дел оберегатель» Василий Голицын, которого Крузо называет «сибирским робинзоном». Сравнивая свое заточение в таежном краю с приключениями «автора» на острове, бывший политик изрекает: «Истинное величие состоит в умении приспособляться к обстоятельствам и сохранять внутреннее спокойствие, какая бы буря ни свирепствовала кругом нас». А ведь это главная мысль первой части приключений Робинзона! К концу зимовки путешественник и ссыльный так сдружились, что Крузо предложил князю бежать с ним в Англию…

История красивая, однако абсолютно литературная, начиная хотя бы с того, что Голицын отбывал ссылку в паре тысяч километрах севернее — под Архангельском.

Загадочное предсказание

Вообще книга представляет собой смесь правды и фантастики. С одной стороны, точно описаны Амур, Енисей, Обь. С другой — до сих пор не удалось определить реальные места, скрытые под «никами» Кермазинское, Кирша, Озома, Вестим…

Ну это объяснимо — как и первая часть, вторая базируется на различных источниках, которые не всегда точны (например, путевые заметки голландца Избранта Идеса, проехавшего в 1692 году по тому же маршруту, что Робинзон, только в обратном направлении; мемуары французского дипломата Фуа де ла Невилля, встречавшегося с Голицыным; популярный географический атлас француза Гийома Делиля). Но вот что действительно необъяснимо — так это один мистический момент. За девять лет до Первой Камчатской экспедиции Дефо устами Робинзона предсказывает существование Берингова пролива!

«Эти реки (имеется в виду прежде всего Енисей. — Ред.), текущие на север, так же как и все другие реки, о которых я еще буду говорить, ясно показали, что Северный [Ледовитый] океан ограничивает сушу также и с этой стороны; так что кажется совершенно неразумным думать, что земля может протираться настолько, чтобы соединиться с Америкой, или что нет сообщения между Северным и Восточным [Тихим] океанами». Откуда он мог об этом знать? Загадка…

Книга завершается тем, что, пережив новые испытания — путь по болотам, битва с разбойниками, сплав по Северной Двине, — Робинзон с товарищами добирается до Архангельска, откуда уже без приключений приплывает в Лондон. Русская робинзонада завершилась спустя один год, пять месяцев и три дня.

КСТАТИ

С 14 по 24 ноября 2021 года пройдет международная просветительская акция Русского географического общества — Географический диктант. С 2015 года в нем приняли участие почти 1,8 млн. человек по всему миру. А в этом году диктант впервые напишут в Антарктиде.

Присоединиться и узнать подробности можно на сайте Географического диктанта.



Источник

Оцените статью
Milkandsnow: Москва сегодня