Почему Данелия снимал «Кин-дза-дза!» в муках

Стиль


Главное слово героев фильма — «ку», которое заменяло и приветствие, и массу других выражений, чуть не выпало из сценария из-за цензуры. Фото: Кадр из фильма

«Прежде хотелось снимать грустное кино, а выходило смешное. Решил вот теперь снять смешное, а получилось грустное…» — так говорил Георгий Данелия в середине 80-х в интервью с корреспондентом «Социалистической индустрии». И говорил он это о своем самом странном, самом неожиданном и самом тяжелом в производстве фильме «Кин-дза-дза!».

Его герои, двое советских людей, московский прораб и юноша из Грузии, случайно попали в другую галактику. Там много планет, та, на которую переносятся герои, называется Плюк. В прошлом она, вероятно, была высокоразвитой, но теперь стала полумертвой и выжженной. На ней все нации свелись к двум, пацакам и чатланам, а язык редуцировали до нескольких слов.

«Почему инопланетяне обязательно должны быть добрыми»?

Данелия начал писать сценарий со своим другом Резо Габриадзе (вместе они еще сочинили «Не горюй!» и «Мимино»). И работа шла долго.

Данелия вспоминал в мемуарах, как спросил у соавтора: «Резо, сколько мы пишем этот сценарий?» «Посмотри в окно. Милиционера видишь?» — сказал Резо. Напротив гостиницы, где мы работали, было посольство, и там у ворот дежурил милиционер. «Вижу». — «Какой у него чин?» — «Старший лейтенант». — «А когда мы начинали, он сержантом был».

Папка со всеми вариантами сценария, по словам Данелии, весила «что-то около пяти кило». «Как только обезьяна слезла с дерева и у нее отвалился хвост, она стала смотреть в небо с надеждой, что прилетит оттуда кто-то очень умный и очень добрый, наведет порядок и наступит на земле сытость и благость. А мы с Резо Габриадзе подумали — почему оттуда должны прилететь обязательно умные и добрые? И есть, очевидно, такие планеты, где эти существа в своей цивилизации намного обогнали нас», — писал Данелия.

Причем «обогнали нас» — не значит стали лучше. Это значит — стали хуже: за прогрессом последовал упадок. Жить на планете Плюк почти невозможно, и жители других, высокоразвитых, планет, относятся к ее обитателям с величайшим презрением: лучшее, что можно с ними сделать, — превратить в растения.

Многие рассматривали «Кин-дза-дза!» как сатиру на СССР, но точно с таким же успехом ее можно рассматривать как мизантропическую, свифтовскую сатиру на человечество — точнее, на то, до чего оно может себя в конце концов довести.

Костюмы с помойки и лампочки по блату

Пошивочный цех «Мосфильма» оказался перегружен: Сергей Бондарчук параллельно снимал «Бориса Годунова», все костюмеры занимались изготовлением кафтанов. В итоге у группы «Кин-дза-дза!» оказалось на руках всего несколько нарядов для персонажей — а нужны были десятки и сотни. Их пришлось делать из кальсон фирмы «Заря» (обесцвеченных хлоркой и выжженных), матросских брезентовых штанов, старых летных костюмов.

Да что там: проблемы возникали даже с лампочками. Для шлемов полицейских (которых на Плюке называют эцилоппами) требовалось 200 лампочек, а приобрести их в магазине было невозможно. «Тогда директор фильма мог тратить наличными не больше пяти рублей. А все, что стоит дороже пяти рублей, мы должны были приобретать по безналичному расчету на складе номер три. На этом складе лампочек для шлемов эцилоппов не было…» С большим трудом лампочки для Данелии достал друг — инструктор ЦК.

И довольно много штучек удалось найти на помойках в районе пустыни Каракумы. Авторы одного из самых знаменитых отечественных фильмов 80-х рылись в помойках на сорокаградусной жаре!

Инсульт и цейтнот

Проблемы неожиданно возникли и с актерами. Например, роль инопланетянина Би писалась специально для Алексея Петренко. Но тот, прочитав сценарий, сниматься отказался: ему не понравился замысел

Данелии и Габриадзе. (Потом, посмотрев готовый фильм, он переменил мнение.)

Би сыграл Юрий Яковлев, но и с ним все было непросто: он служил в Вахтанговском театре, его отпустили оттуда на съемки ровно на месяц. (Та же ситуация, кстати, была с Евгением Леоновым, служившим в «Ленкоме», и Станиславом Любшиным, служившим во МХАТе). Из-за неполадок и простоев все сцены с актерами не успели снять, и пришлось потом возвращаться в Каракумы…

Правителя планеты Альфа, на которую в какой-то момент попадают герои, должен был играть Норберт Кюхинке — тот, что играл Билла в «Осеннем марафоне».

Данелии из вышестоящих органов сообщили, что снимать немца нежелательно. В отчаянии режиссер исполнил эту роль сам. «Говорил текст, а в перерывах между кадрами ложился на скамейку и глотал лекарства. Болело сердце: было очень стыдно».

Среди других актеров, которые не сыграли в «Кин-дза-дза!», — Борислав Брондуков (для него придумали роль, но у него случился инсульт), Александр Фатюшин (был утвержден на главную роль, но не смог сниматься), Ролан Быков (был утвержден на роль, но не смог сниматься), Валентин Гафт (был утвержден на роль, но в последний момент отказался)…

Как самогон превратился в уксус

Но и это были не все сложности.

Пока шла работа над картиной, к власти в СССР пришел Горбачев, началась антиалкогольная кампания. А в фильме юный скрипач вез в портфеле бутылочку знаменитого грузинского самогона, чачи. За изготовление самогона в начале перестройки давали нешуточный тюремный срок! Но и убрать бутылку из уже готовых сцен было невозможно, пришлось бы переснимать их целиком. В результате на озвучании чачу заменили на уксус («Хотя какой дурак повезет из Батуми в Москву уксус?» — сокрушался Данелия) и выбросили сцену застолья, где эту чачу распивали…

Фильм не взяли на кинофестиваль в Италию. Директор сначала не глядя решил включить его в программу, а потом, посмотрев и сверившись с мнением коллег, счел полной абракадаброй и приглашение отозвал…

Тем не менее фильм в советском прокате посмотрели 15 млн человек. У него появилось множество поклонников, особенно среди молодых зрителей. И сегодня они с радостью пересматривают «Кин-дза-дза!» каждый раз, когда фильм показывают по телевизору. А показывают его, к счастью, очень часто: оказалось, что это одна из самых интересных работ Георгия Данелии.

А ЕЩЕ БЫЛИ СЛУЧАИ

Пылающий пепелац и взорвавшаяся ракета

Название фантастического летательного аппарата «пепелац» быстро пошло в народ: люди, например, называли так свои авто. Фото: Кадр из фильма

Название фантастического летательного аппарата «пепелац» быстро пошло в народ: люди, например, называли так свои авто. Фото: Кадр из фильма

С самого начала слово «Ку!» — главное на планете Плюк, заменяющее большинство других, едва не выпало из сценария: когда тот писался, к власти пришел К. У. Черненко, и один доброжелатель намекнул авторам, что «Ку!» будет рассмотрено цензурой как намек на его инициалы. Авторы уже думали заменить слов на «Кы!», но вскоре Черненко скончался, и эта проблема исчезла сама собой.

Зато начались другие проблемы, уже на съемочной площадке. Картина снималась в Туркмении, в пустыне Каракумы, неподалеку от города Небит-Даг (сейчас он называется Балканабад), на адской жаре. Не только днем, но и ночью членам съемочной группы приходилось сидеть почти голыми под струями воздуха из кондиционера, чтобы не сойти с ума от зноя. Даже если бы все на съемках было организовано идеально, снимать в таких условиях было бы очень тяжело. А организовано все было из рук вон плохо.

Георгий Николаевич писал: «Главная декорация «Ракета Пепелац» оказалась не в Небит-Даге, куда мы ее отправили, а во Владивостоке. Декорацию «Корабль в песках» разнесло ураганом. Подземный пепелац кто-то сжег. В декорацию эциха (тюрьмы) в день съемки въехал «лихтваген» (водитель был в стельку пьян). Ракета, которую нам сделало КБ авиационного завода, при запуске взорвалась. И еще! И еще! (…) Паша Лебешев был уверен, что нам пакостят инопланетяне, о которых мы снимали фильм. Они не хотят, чтобы на Земле о них знали правду».



Источник

Оцените статью
Milkandsnow: Москва сегодня