Вертинский в космосе — KP.Ru

Стиль


Наконец стало понятно, за что его любили (Алексей Филимонов в роли Вертинского). Фото: Кадр из фильма

В марте 1943-го тоскующему по родине Александру Вертинскому с женой и дочерью позволили вернуться в СССР и не отправили в ГУЛАГ, а, напротив, поселили в «Метрополе». И хотя его жизнь сложилась вполне счастливо, официально его не увековечили и публичная биография ему была не положена.

Сериал «Вертинский» (см. на Первом канале с понедельника по четверг в 21.30) эту биографию создает. Со всеми допущениями, с массой вымышленных персонажей (иначе невозможно было бы снять кино) режиссер Авдотья Смирнова в содружестве со сценаристом Анной Пармас рисует портрет артиста, к которому наконец можно присмотреться как следует.

«Вертинского» есть за что критиковать. Все искупает исполнитель главной роли. 40-летний Алексей Филимонов годами прозябал в ролях второго эшелона и вот сыграл — деликатно и тонко. Использовать исторические фонограммы не было возможности: их мало, и они плохого качества. Филимонов проявил героическую наглость и спел сам — по-своему, но передав тембр, грассирование и — нечто неуловимое из характера артиста, его магию.

8 серий неоднородны по наполнению и энергетическому заряду. Где-то в середине возникает ощущение монотонности сюжета: еще одна страна, еще одна женщина. В четвертом эпизоде биографическая драма вдруг превращается в эротическую. Сцена, где Вертинский и его будущая первая жена сливаются в экстазе на ковре, а камера бесхитростно за этим наблюдает, выглядит скорее забавно, чем страстно.

Нарочитого в сериале много. Но это не очень мешает, все-таки «Вертинский» — не в последней степени авантюрная одиссея. Ущерб от компромиссов Авдотья Смирнова восстанавливает точными диалогами, воздухом в кадре, тишиной между репликами. Наконец-то стало понятно, за что любили артиста с тихим голосом и слащавыми песенками и почему они способны задевать даже сейчас — в нашу шершавую эпоху то ли метамодернизма, то ли Моргенштерна.

Есть старинное объяснение: Вертинский первым стал не просто петь, а жить на сцене, как потом Пугачева. Авдотья Смирнова раскрыла Вертинского иначе: как человека, живущего свою жизнь и не клянущего судьбу; человека феноменальной доброты, которая стала его ангелом-хранителем. Его талант артиста вырос из таланта быть человеком.



Источник

Оцените статью
Milkandsnow: Москва сегодня